Татуировка – симптом психического
Комиссарова Надежда Вадимовна
Психоаналитический психолог, магистр психологии, ассоциированный член Московской психоаналитической ассоциации, Член Ассоциации специалистов по психоаналитической психосоматике.
Татуировка. Симптом. Латентный смысл. Я-кожа. Бессознательное. Функции Я-кожи.
Помимо окружающего мира, человек стал наносить рисунок и на свое тело, как что-то внешнее или что-то, что отграничивает внешнее от внутреннего. Так, у древних племен татуировка считалась священной границей между миром живых и миром магии, рисунок на коже охранял человека от мира духов.
Татуировка выступала как племенной знак, украшение, знак статуса, таким образом человек занимал определенное социальное положение в своем обществе. С помощью татуировки стремились магическим способом контролировать свое тело, преодолеть смертность тела, например, когда рисунок становится «паспортом» в загробный мир, оберегом или магическим знаком.
Татуировки наносились в момент инициации, перехода из одного возраста в другой. Тело человека могло рассказать об его биографии, важных моментах жизни.
С древних времен у человечества возникла письменность, разнообразие языков, с помощью которых выстраивается коммуникация, но сохранилась потребность прибегать к рисунку как способу донести до мира то, что не получается сказать с помощью вербалики.
В некоторых узко-существующих социумах сохранилась татуировка как знаковая система, когда с помощью нанесенных символов или рисунков человек сообщает о своем происхождении, социальном статусе, вероисповедании, своих деяниях или преступлениях. В этом случае тело человека становится его паспортом, содержащим четко выверенные данные.
Но ведь, татуировка распространена далеко за пределами таких достаточно закрытых сообществ, как этнические, тюремные, военные, религиозные и т.д. Так зачем человек, которому не требуется сообщать миру с помощью знаков на теле свою историю и свой социальный статус, наносит татуировку?
Начну размышление с того, на что наносится татуировка – это кожа, то, что разграничивает Я и не-Я, отделяет внешний мир от мира внутреннего. Исследованием символики кожных покровом и различных проявлений на них занимались многие представители школы психоанализа.
Так, Зигмунд Фрейд размышляет о психологии кожи, поверхности и слизистых покровов в таких работах, как «Три очерка по теории сексуальности» 1905 года, «Характер и анальная эротика» 1908 года, «Бессознательное» 1915 года, «О превращении влечений в особенности анальной эротики» 1917 года, «Я и Оно» 1923 года.
В «Трех очерках по теории сексуальности» Фрейд впервые говорит об эротизме и эрогенности кожи, о получаемом человеком удовольствии от воздействия на кожу.
В работе «Я и Оно» 1923 года Фрейд пишет:
«Собственное тело и прежде всего его поверхность являются тем местом, из которого одновременно могут исходить внешние и внутренние восприятия. Оно рассматривается как другой объект, но на ощупывание реагирует двумя видами ощущений, из которых одно можно приравнять к внутреннему восприятию. В психофизиологии достаточно объяснялось, каким образом собственное тело выделяет себя из мира восприятий. Боль, по‑видимому, тоже играет роль, а способ, каким при болезненных заболеваниях приобретается новое знание о своих органах, может, вероятно, служить примером способа, каким человек вообще приобретает представление о собственном теле.
Я – прежде всего телесно; оно – не только поверхностное существо, но и само – проекция поверхности.»
Наряду с Фрейдом, о сексуальном аспекте кожи пишут его последователи и современники, такие как Исидор Задгер, Фердинанд Винклер.
Одним из симптомов, с которым столкнулись психоаналитики начала XX века, являлся психогенный зуд, различные дерматиты и высыпания на коже. Изучением и расшифровкой занимались Пауль Шилдер (1936 год), Клаудер (1924-25 годы), Зак (1926, 1933 годы), О’Донован (1927 год), Лео Бартемейер (1938 год), Отто Фенихель (1945 год), Милтон Миллер (1948 год), Макс Шур (1950 год), Рикардо Бизи (1956 год), Герман Масэф (1968 год).
Далее психические функции кожи были рассмотрены в теории объектных отношений, разработанной Мелани Кляйн, Анной Фрейд, Джоном Боулби.
В 1958 году Пьер Марти в статье «Аллергические объектные отношения» показывает, что при аллергических заболеваниях пациенту присуща размытость границ между субъектом и объектом. Марти указывает на то, что аллергик существует в динамике деперсонализации и реперсонализации.
Также исследование взаимосвязи и взаимозависимости эмоциональных состояний и кожных проявлений занимался Дж. Кан, им в 1969 году опубликована статья «Аллергические дети: психика и кожа», в которой обсуждаются эмоциональные конфликты, лежащие в основе кожных заболеваний.
Динора Пайнз в статье 1980 года «Кожная коммуникация: ранние кожные расстройства и их влияние на перенос и контрперенос» на ряде клинических примеров показывает, что дефекты в ранних объектных отношениях, в частности фрустрации потребности в контейнировании, отражается в последующие периоды жизни, в том числе через кожные заболевания.
В 1982 году Барри Бивен в работе «Роль кожи в нормальном и аномальном развитии с заметкой о поэтессе Сильвии Плат» подробно разбирает проблемы психологии кожи, в том числе впервые звучит об испытываемой кожей боли.
В 1968 году Эстер Бик в статье «Переживание кожи в ранних объектных отношениях» формулирует идею о контейнирующей функции кожи и представляет несколько случаев нарушений данной функции, которые определяет как формации «второй кожи».
Феномен «второй кожи», замещающий интеграцию первой кожи, проявляет себя либо через частичный или целостный тип мускульного панциря, либо через аналогичную ему вербальную мускулистость.
Илани Коган в своей статье 1988 года «Вторая кожа» развивает концепцию Эстер Бик, при этом высказывает идею о том, что функцию контейнирования также может выполнять аналитическая ситуация.
Прорывом в психоаналитическом мире в изучении психологии кожи можно считать работу Анзье Дидьё «Я-кожа». Книга впервые была опубликована в 1985 году. Она обобщила разработки Анзьё, посвященные функционированию Я. Представленный им концепт психической кожи или Я-кожи является разработкой метафоры оболочки, которую Зигмунд Фрейд использовал в своей второй топике для описания Я. Я-кожа – это воплощение в различных модальностях функций Я, проявляющихся на границе внутреннего и внешнего. Для Анзьё Я-кожа – рабочий инструмент, позволяющий по-новому осмыслить и организовать психоаналитическую практику. Я-кожа – не только граница, но и контейнер содержащихся в Я переживаний, выполняющий ряд функций, обеспечивающих этому Я целостность.
К 1985 году Дидье Анзьё выстроил и систематизировал параллели между функциями кожи и функциями Я, с уточнением для каждой способа соответствия между органическим и психическим, типов тревоги, связанных с патологиями функции, и конфигураций нарушений Я-кожи, которые демонстрирует клиническая картина.
Таким образом, неоспоримо значение кожи для психического, проявления на поверхности кожи и слизистых психоаналитики воспринимают как симптом психического, то, что тело и психика сообщает, не используя вербальность.
Полагаю, что нанесение татуировки на кожу – это такая же попытка сообщить нам о чем-то, психическое как через экзему, так и через рисунок загадывает нам загадки.
Что же такое татуировка, как она возникает? Во-первых, рождается рисунок, у каждого человека он свой, кто-то выбирает бабочку, а кто-то череп, кому-то необходима минималистическая точка, а кто-то покрывает 80% тела. Во-вторых, в процессе татуирования участвует другой, мастер. Человек отдает свое тело другому, чтобы тот через боль модифицировал его. В-третьих, это болезненный процесс, каждый проживает его по-своему. В-четвертых, необходимо принять безвозвратное изменение тела, оно больше никогда не станет чистым.
Человек, который сознательно идет к Мастеру за татуировкой, несет в себе веские причины на модификацию своего тела, вероятно не осознаваемые. Как в сновидении мы имеем формальное содержание и латентный смысл, так и здесь, есть формальные обстоятельства и причины татуирования, а за кадром прячется латентный, бессознательный смысл.
Взяв за основу теорию Дидье Анзъё «Я-кожа», предлагаю Вашему вниманию свои размышления о латентном смысле различных татуировок. Структурировать буду в соответствии с предложенными Дидье Анзъё функциями Я-кожи.
Функция поддержки психики. (Таблица 1, Рисунок 1)
Таблица 1. Функция поддержки психики
Функция Я-кожи (психическая) | Функция поддержки психики |
Функция органической кожи | Функция поддерживания скелета и мышц |
Механизм реализации | Первичная идентификация с поддерживающим объектом, к которому ребенок прижимается и который держит его |
Влечение | Влечение цепляния или привязанности |
Описание | Биологическая функция осуществляется за счет холдинга (Винникотт, 1962), то есть способом, каким мать поддерживает тело ребенка. Психическая функция развивается через интериоризацию материнского удерживания. Я-кожа — это часть матери, а именно, ее руки, — интериоризированная и поддерживающая психику в функциональном состоянии подобно тому, как мать поддерживает тело ребенка в состоянии единства и прочности. Способность ребенка поддерживать себя физически обуславливает его переход к сидению, затем стоянию и ходьбе. Внешний упор в материнское тело дает младенцу возможность приобрести внутренний упор в свой позвоночник как прочную основу, позволяющую ему выпрямиться. |
Психическое функционирование | Опираясь на первую ось вертикального порядка, Я может применять самые архаические механизмы защиты: расщепление и проективная идентификация. Но это возможно лишь в случае, если Я уверено, что через свое тело будет иметь зоны тесного и стабильного контакта с кожей, мышцами и ладонями матери, а через психику своей матери будет иметь взаимное окружение на периферии своей психики. |
Тип тревоги, связанной с патологией функции | кошмар о поверхности, покрытой шишками и ямками, в фигуративной форме свидетельствует об атаках против защитной репрезентации общей кожи с опорным поддерживающим объектом, часто в анализе это сновидения об управлении машиной с заднего сидения, ассоциации ведут к понятию поврежденной «подпорки» |
Патологии | Избыток и дефицит защиты от раздражителей приводят к очень разнообразным формам. Френсис Тастин описала два образа тела, относящихся соответственно к первичному и вторичному аутизму: Я-осьминог (когда ни одна из функций Я-кожи — подпорки, контенанта, защиты от раздражителей — не приобретается, а двойной слой не намечен), Я-рак с твердым панцирем, заменяющим отсутствующий контейнер и запрещающим запуск последующих функций Я-кожи. |
Возникает фантазия, что татуировки, нанесенные на спину, руки, ноги, в момент татуирования дают возможность прочувствовать те места, в которых должно было быть соприкосновение с мамой, формирование базовой поддержки. Нанесенные на спину крылья, руки на ногах, сталь на позвоночнике, механические детали — все эти рисунки означают приобретение дополнительной защиты, укрепление скелета, поддержку вертикальности.
Рисунок 2. Контейнирующая функция.
Функция Я-кожи (психическая) | Контейнирующая функция |
Функция органической кожи | Кожа, покрывающая всю поверхность тела, в которую помещены все органы внешних чувств |
Механизм реализации | Я-кожа является контенантом только, если она имеет влечения к контейнированию, локализации, а в последствии и дифференциации телесных источников. Влечение переживается как толчок, движущая сила, только если оно сталкивается с границами и специфическими точками включения в психическое пространство, где оно разворачивается, и если его источник спроецирован на участки тела, обладающие особенной возбудимостью. Комплементарность кожи и ядра дает фундамент чувству непрерывности Самости |
Влечение | Я-кожа изображается как кора, влечения Оно — как ядро. Кора и ядро нуждаются друг в друге |
Описание | Эта функция выполняется за счет материнского ухаживания handling. Ощущение-образ кожи в виде мешка пробуждается у малыша посредством ухода за телом, соответствующего его потребностям и осуществляемого матерью. Я-кожа в качестве психической репрезентации проявляется в телесных играх матери и ребенка, а также в предоставленных матерью откликах на ощущения и эмоции младенца, откликах жестикуляционных и вокальных, в этих случаях сонорная оболочка усиливает тактильную оболочку, откликах циркулярного характера, где эхолалии и эхопраксии одного имитируют те же самые проявления другого, откликах позволяющих младенцу постепенно испытывать свои собственные ощущения и эмоции, не чувствуя себя разрушенным. У функции 2 аспекта: «контенант» — стабильный, неподвижный, пассивный сосуд для складирования нейтрализованных и законсервированных ощущений-образов-аффектов младенца, «контейнер» — активный аспект, материнская мечтательность по Биону, проективная идентификация, действие альфа-функции, развивающая, трансформирующая и восстанавливающая ощущения-образы-аффекты субъекта, ставшие репрезентабельными. |
Психическое функционирование | Я-кожа имеет целью окружить весь психический аппарат, притязание, впоследствии оказывающееся неправомерным, но являющееся необходимой точкой отсчета. |
Тип тревоги, связанной с патологией функции | Существует два вида страхов: 1. Страх возбуждения влечений, неопределенный, постоянный, расплывчатый, не поддающийся локализации, идентификации, рассеиванию, передает психическую топографию, конституированную из ядра без коры. Индивид ищет замену коре в физической боли или психическом страхе. 2. При втором типе страха оболочка существует, но ее непрерывность нарушена дырами. Это — Я-кожа-дуршлаг. Мысли, воспоминания с трудом сохраняются, они улетучиваются. Страх возрастает от опустошения внутренней части, особенно из-за агрессивности, необходимой для любого утверждения Самости. Эти психические дыры могут опереться на поры кожи. |
Патологии | Избыток и дефицит защиты от раздражителей приводят к очень разнообразным формам. Френсис Тастин описала два образа тела, относящихся соответственно к первичному и вторичному аутизму: Я-осьминог (когда ни одна из функций Я-кожи — подпорки, контенанта, защиты от раздражителей — не приобретается, а двойной слой не намечен), Я-рак с твердым панцирем, заменяющим отсутствующий контейнер и запрещающим запуск последующих функций Я-кожи. |
Татуировку возможно рассмотреть как попытку сделать заплатку на дырявом мешке контейнера. По количеству модификаций на коже можно судить о нарушенности контейнера, психика через рисунки привлекает внимание к местам своей дефицитарности. Рисунки, вызывающие ассоциацию заплаток, штопок, дыр на коже, попытка создать панцирь, что-то спрятать за татуировкой, спрятать внутри тела самого себя.
Справляется ли татуировка с возложенной на нее миссией заплатки? Возможно, только отчасти. Ведь в то место, где была сделана татуировка, направляется либидо, происходит фиксация внимания, проживается конфликт, происходит запуск работы горя — это эффект процесса татуирования, который проходит со временем. Но татуировка не может обеспечить психике функции контенанта и контейнера, которые требуются на постоянной основе.
Отсюда появляется потребность повторения того облегчения, которое приходит вслед за татуировкой, и человек вновь и вновь приходит за этим ощущением.
Рисунок 2. Контейнирующая функция.
Функция Я-кожи (психическая) | Контейнирующая функция |
Функция органической кожи | Кожа, покрывающая всю поверхность тела, в которую помещены все органы внешних чувств |
Механизм реализации | Я-кожа является контенантом только, если она имеет влечения к контейнированию, локализации, а в последствии и дифференциации телесных источников. Влечение переживается как толчок, движущая сила, только если оно сталкивается с границами и специфическими точками включения в психическое пространство, где оно разворачивается, и если его источник спроецирован на участки тела, обладающие особенной возбудимостью. Комплементарность кожи и ядра дает фундамент чувству непрерывности Самости |
Влечение | Я-кожа изображается как кора, влечения Оно — как ядро. Кора и ядро нуждаются друг в друге |
Описание | Эта функция выполняется за счет материнского ухаживания handling. Ощущение-образ кожи в виде мешка пробуждается у малыша посредством ухода за телом, соответствующего его потребностям и осуществляемого матерью. Я-кожа в качестве психической репрезентации проявляется в телесных играх матери и ребенка, а также в предоставленных матерью откликах на ощущения и эмоции младенца, откликах жестикуляционных и вокальных, в этих случаях сонорная оболочка усиливает тактильную оболочку, откликах циркулярного характера, где эхолалии и эхопраксии одного имитируют те же самые проявления другого, откликах позволяющих младенцу постепенно испытывать свои собственные ощущения и эмоции, не чувствуя себя разрушенным. У функции 2 аспекта: «контенант» — стабильный, неподвижный, пассивный сосуд для складирования нейтрализованных и законсервированных ощущений-образов-аффектов младенца, «контейнер» — активный аспект, материнская мечтательность по Биону, проективная идентификация, действие альфа-функции, развивающая, трансформирующая и восстанавливающая ощущения-образы-аффекты субъекта, ставшие репрезентабельными. |
Психическое функционирование | Я-кожа имеет целью окружить весь психический аппарат, притязание, впоследствии оказывающееся неправомерным, но являющееся необходимой точкой отсчета. |
Тип тревоги, связанной с патологией функции | Существует два вида страхов: 1. Страх возбуждения влечений, неопределенный, постоянный, расплывчатый, не поддающийся локализации, идентификации, рассеиванию, передает психическую топографию, конституированную из ядра без коры. Индивид ищет замену коре в физической боли или психическом страхе. 2. При втором типе страха оболочка существует, но ее непрерывность нарушена дырами. Это — Я-кожа-дуршлаг. Мысли, воспоминания с трудом сохраняются, они улетучиваются. Страх возрастает от опустошения внутренней части, особенно из-за агрессивности, необходимой для любого утверждения Самости. Эти психические дыры могут опереться на поры кожи. |
Патологии | Избыток и дефицит защиты от раздражителей приводят к очень разнообразным формам. Френсис Тастин описала два образа тела, относящихся соответственно к первичному и вторичному аутизму: Я-осьминог (когда ни одна из функций Я-кожи — подпорки, контенанта, защиты от раздражителей — не приобретается, а двойной слой не намечен), Я-рак с твердым панцирем, заменяющим отсутствующий контейнер и запрещающим запуск последующих функций Я-кожи. |
Татуировку возможно рассмотреть как попытку сделать заплатку на дырявом мешке контейнера. По количеству модификаций на коже можно судить о нарушенности контейнера, психика через рисунки привлекает внимание к местам своей дефицитарности. Рисунки, вызывающие ассоциацию заплаток, штопок, дыр на коже, попытка создать панцирь, что-то спрятать за татуировкой, спрятать внутри тела самого себя.
Справляется ли татуировка с возложенной на нее миссией заплатки? Возможно, только отчасти. Ведь в то место, где была сделана татуировка, направляется либидо, происходит фиксация внимания, проживается конфликт, происходит запуск работы горя — это эффект процесса татуирования, который проходит со временем. Но татуировка не может обеспечить психике функции контенанта и контейнера, которые требуются на постоянной основе.
Отсюда появляется потребность повторения того облегчения, которое приходит вслед за татуировкой, и человек вновь и вновь приходит за этим ощущением.
Таблица 3. Функция защиты от раздражителей.
Функция Я-кожи (психическая) | Защита от раздражителей |
Функция органической кожи | Поверхностный слой эпидермы защищает ее чувствительный слой (там, где находятся свободные нервные окончания и корпускулы осязания) и организм в целом против физических агрессий, радиации, избытка стимуляций |
Механизм реализации | Я-кожа — это виртуальная структура при рождении, актуализирующаяся в ходе отношений между грудным младенцем и первичным окружением, отдаленное происхождение этой структуры восходит к появлению живых организмов. |
Влечение | Влечение цепляния или привязанности |
Описание | Мать служит для ребенка вспомогательным слоем защиты от раздражителей до тех пор, пока растущее Я ребенка находит на своей собственной коже подпорки, достаточные для обеспечения данной функции. |
Психическое функционирование | Я-кожа — это виртуальная структура при рождении, актуализирующаяся в ходе отношений между грудным младенцем и первичным окружением, отдаленное происхождение этой структуры восходит к появлению живых организмов. За неимением эпидермы слой защиты от раздражителей в качестве упора можно найти на дерме: это вторая мускульная кожа (Э.Бик), харАктерный панцирь (В. Райх) |
Тип тревоги, связанной с патологией функции | параноидный страх психического вторжения представлен двумя формами: 1. у меня крадут мысли (преследование) 2. мне дают мысли (аппарат влияния) Здесь функции защиты от раздражителей и контейнирования существуют врозь, но в недостаточной мере. Страх потери объекта, выполняющего вспомогательную роль защиты от раздражителей, увеличен до максимума, когда мать отдает ребенка на воспитание своей собственной матери и когда та занимается им с таким качественным и количественным рвением, что ребенок не видит ни возможности, ни необходимости идти к самоукреплению. Как следствие, возможна токсикомания как решение для создания туманного или дымного барьера между Я и внешними стимуляциями. |
Патологии | Избыток и дефицит защиты от раздражителей приводят к очень разнообразным формам. Френсис Тастин описала два образа тела, относящихся соответственно к первичному и вторичному аутизму: Я-осьминог (когда ни одна из функций Я-кожи — подпорки, контенанта, защиты от раздражителей — не приобретается, а двойной слой не намечен), Я-рак с твердым панцирем, заменяющим отсутствующий контейнер и запрещающим запуск последующих функций Я-кожи |
Нанесение татуировки на кожу — это акт физической агрессии и избыточной стимуляции, за которым человек приходит к татуировщику. Безусловно, здесь идет речь о нарушении функции защиты от раздражителей. Возможно, намеренное разрушение телесной оболочки в относительно безопасных условиях — это попытка психики справиться с ранней травмой, контролируемый выход аффектов.
Дает ли татуировка ощущение приобретенной цельной оболочки — возможно, здесь имеет смысл рассматривать не татуировку, а психическую организацию человека, его историю и возможности психики к репрезентации и ментализации. У личностей с хорошо функционирующими структурами татуировка может быть катализатором для запуска определенной психической работы.
К татуировкам, пытающимся восполнить функцию защиты от раздражителей, можно отнести татуировки — обереги, мандалы, татуировки с успокаивающим содержанием, защитные татуировки.
Оберег — это одновременно и символ защиты, и знак в определенной традиции. Возможно нанесение на тело оберега таким образом причисляет человека к определенного обществу, которое будет защищать, хотя бы на уровне бессознательного.
Таблица 4. Функция индивидуации Самости.
Функция Я-кожи (психическая) | Индивидуации Самости |
Функция органической кожи | Индивидуальность кожи |
Механизм реализации | Функция индивидуации Самости приносит Я-коже чувство бытия в качестве уникального существа. |
Влечение | Либидинозное влечение |
Описание | Мембрана органических клеток защищает индивидуальность клетки, распознавая чужеродные тела, которые она не пропускает, и сходные или комплиментарные субстанции, которые она принимает или связывает. По своей гранулированности, цвету, текстуре, запаху человеческая кожа предоставляет значительные индивидуальные различия. Эти различия могут быть нарциссически, даже социально перегружены. Они дают возможность другим людям различать объекты привязанности и любви и самоутверждаться в качестве индивидуума, обладающего своей личной кожей |
Тип тревоги, связанной с патологией функции | Описанный Фрейдом страх «жуткого» связан с угрозой, нацеленной на индивидуальность Самости путем ослабления чувства фронтиров Самости |
Патологии | При шизофрении вся внешняя реальность (плохо отличимая от внутренней) рассматривается как нечто опасное для ассимиляции, и потеря чувства реальности любой ценой обеспечивает поддержку чувства уникальности Самости |
Татуировка — это то, что делает внешность человека уникальной, отличительной, особенной.
По мнению татуировщиков, рисунок на теле придает человеку уверенность в себе, в собственном бытие. Это достигается и посредством переживания боли во время процесса, и потом, когда человек принимает изменение своей кожи, рисунок помогает принять отличие собственной кожи от кожи другого, приобрести индивидуальный образ.
Таблица 5. Функция интерсенсорности.
Функция Я-кожи (психическая) | Интерсенсорности |
Функция органической кожи | Органы чувств |
Механизм реализации | В психической реальности имеет место воображаемая репрезентация кожи в виде фонового полотна как исходной поверхности, на которой разворачиваются сенсорные взаимосвязи |
Влечение | Либидинозное влечение |
Описание | Кожа — это поверхность, имеющая углубления, где расположены органы чувств, отличные от органов осязания (включенных в саму эпидерму). Я-кожа — это психическая поверхность, связывающая между собой ощущения различной природы и выводящая их различные формы на первоначальный фон, коим является тактильная оболочка: это функция интерсенсорности Я-кожи, завершающаяся конституированием «общего чувства», основное проявление которого происходит при осязании. |
Психическое функционирование | При переходе от контейнирующей тактильной оболочки к интерсенсорному пространству решающую роль имеет запрет прикосновения, ведущий к символизации. В нейрофизиологической реальности именно в головном мозге происходит интеграция информации, поступающей от различных органов чувств, т.о., интерсенсорность — функция центральной нервной системы или, глобальнее, эктодермы (производными которой являются и кожа, и ЦНС). Однако в психической реальности эта роль игнорируется, там имеет место воображаемая репрезентация кожи в виде фонового полотна как исходной поверхности, на которой разворачиваются сенсорные взаимосвязи |
Тип тревоги, связанной с патологией функции | Страх расчленения тела, точнее, страх снятия верхнего слоя, то есть страх независимого, анархичного функционирования различных органов чувств. |
Вероятно, некоторые люди делают татуировку в бессознательном порыве связать ощущения воедино.
Но татуировка является рисунком, который не придает дополнительных характеристик коже, это не поверхность, которая может объединить, а модификация, внесенная в существующую поверхность, и все характеристики кожи, которые были присущи ей до татуирования, остаются в том же качестве после.
Если рассматривать татуировки на память, которые фиксируют определенное событие в жизни человека, то такая татуировка будет постоянным напоминанием тех ощущений, которые человек испытывал в моменте. Что это, попытка переработать травму или неудача работы вытеснения, когда вместо симптома появляется татуировка.
Вероятно, что функцией интерсенсорности обладают татуировки, содержащие в своем изображении органы чувств, их извращенные представления, симбиоз различных модальностей.
Таблица 6. Функция поверхности оплота сексуального возбуждения.
Функция Я-кожи (психическая) | Поверхность оплота сексуального возбуждения |
Функция органической кожи | Эрогенность кожи и слизистых |
Механизм реализации | Я-кожа считывает на всей своей поверхности либидинозную загрузку и становится оболочкой глобального сексуального возбуждения |
Влечение | Либидинозное влечение |
Описание | Кожа младенца является объектом либидинозной загрузки матери. Кормление и уход сопровождаются контактами кожа к коже, как правило, приятными, подготавливающими почву для аутоэротизма, они располагают кожные удовольствия как привычное фоновое полотно сексуальных удовольствий. Сексуальные удовольствия локализуются в определенных эректильных зонах или некоторых отверстиях (выпуклостях и углублениях), где поверхностный слой эпидермы тонок и где прямой контакт со слизистой ведет к перевозбуждению. Я-кожа выполняет функцию поверхности оплота сексуального возбуждения, поверхности, на которой в случае нормального развития эрогенные зоны могут быть локализованы с учетом половых различий и желаемых дополнений. |
Психическое функционирование | Эта конфигурация лежит в основе детской сексуальной теории, самой архаичной, согласно которой сексуальность сводится к удовольствиям контакта кожа с кожей и беременность является результатом объятия тел и поцелуя. |
Тип тревоги, связанной с патологией функции | За неимением достаточной разрядки данная оболочка эрогенного возбуждения может трансформироваться в оболочку страха |
Патологии | Если загрузка на кожу скорее нарциссическая, нежели либидинозная, оболочка возбуждения может быть заменена на оболочку нарциссическую, блистательную и яркую, призванную сделать своего владельца неуязвимым и бессмертным героем. Если оплота сексуального возбуждения нет, индивид, став взрослым, не чувствует себя в достаточной безопасности, для того чтобы вступить в полноценные сексуальные отношения с взаимным генитальным удовлетворением. Если сексуальные выпуклости и отверстия скорее болевые, нежели эрогенные точки, конфигурация продырявленной Я-кожи становится более стойкой, навязчивый страх увеличивается, растет предрасположенность к сексуальным извращениям с целью превратить боль в удовольствие. |
Стремление превратить боль процесса нанесения татуировки в последующую эйфорию, в удовольствие — это один из аспектов, за которым бессознательно идут люди в студии татуировок.
Также татуировка делает кожу блистательной, яркой, необычной, что позволяет поддерживать нарциссическое ощущение всемогущества и неуязвимости.
О трансформации оболочки эрогенного возбуждения в оболочку страха можно судить по тематике рисунков, которые вызывают страх и отвращение.
Любые изображение сексуальных сцен, гениталий, вызывающих фраз — все это может относиться к нарушениям функции поверхности оплота сексуального возбуждения.
Таблица 7. Функция либидинозной перезарядки.
Функция Я-кожи (психическая) | Либидинозной перезарядки |
Функция органической кожи | Сенсорно-моторная |
Механизм реализации | Поддержка и распределение энергетического напряжения по психическим подсистемам |
Влечение | Либидинозное влечение |
Описание | Коже как поверхности с постоянной стимуляцией сенсорно-моторного тонуса посредством внешних возбудителей соответствует функция Я-кожи либидинозной перезарядки психического функционирования, поддержки внутреннего энергетического напряжения и его неравного распределения по психическим подсистемам («контактные барьеры», Фрейд, 1895) |
Тип тревоги, связанной с патологией функции | 2 типа антогонистских страхов: 1. страх взрыва психического аппарата из-за сверхзаряда возбуждения (например, эпилептический припадок) 2. страх нирваны, то есть страх перед тем, что желание свести напряжение к нулю исполнится |
Возможно, процесс татуирования предоставляет коже возможность связать либидо в конкретном месте на теле, и через это связывание происходит разрядка излишне накопленного потенциала напряжения.
Но сама татуировка, в дальнейшем, такого эффекта не дает, а остается напоминанием о когда-то направленном в нее либидо.
Анзьё выделил 2 типа антогонистских страхов: страх взрыва психического аппарата из-за сверхзаряда возбуждения (например, эпилептический припадок) и страх нирваны, то есть страх перед тем, что желание свести напряжение к нулю исполнится. Возможно, в рисунках некоторых пациентов мы можем проследить отражение этих страхов, таких как изображение взрывов либо смерти.
Закрашивание тела в сплошной черный — отсутствие чего-либо в темноте, попытка достижения стирания всех черт и разнообразия красок.
Попытка добавить энергии в какую-либо часть тела — яркий, буйный рисунок, привлекающий внимание всех окружающих.
Таблица 8. Функция записывания следов.
Функция Я-кожи (психическая) | Записывания следов |
Функция органической кожи | Тактильные органы чувств |
Механизм реализации | Данная функция развивается с помощью двойного упора, биологического и социального. Биологический: первый рисунок реальности отпечатывается на коже. Социальный: принадлежность индивида к какой-либо социальной группе отмечается надрезами, насечками, разрисовками, татуировками, макияжем, прическами и их дублетами (одежда). |
Влечение | Либидинозное влечение |
Описание | Кожа с тактильными органами чувств, которые она содержит (прикосновение, боль, тепло-холод, дерматоптическая чувствительность) подает прямую информацию о внешнем мире (впоследствии с помощью «общего чувства» она вновь перемешивается с информацией сонорной, визуальной и т. д.). Я-кожа выполняет функцию записывания следов сенсорно-тактильных, функцию пиктограммы (Пьера Касториадис-Оланье, 1975), функцию щита Персея (Ф. Паш, 1971), отражающего образ реальности подобно зеркалу. Эта функция усилена материнским окружением в той мере, в которой она исполняет перед младенцем свою роль «презентации объектов» (Винникотт, 1962). |
Психическое функционирование | Я-кожа — это исходный пергамент, хранящий, как палимпсест (рукопись на пергаменте поверх смытого текста), перечеркнутые, подчищенные, перегруженные черновики «исходного» довербального документа, выполненного из линий на коже. |
Тип тревоги, связанной с патологией функции | 1. Первая форма страха заключается в том, чтобы не иметь на поверхности тела и Я позорных и нестираемых записей, исходящих от Сверх-Я (краснота, экзема, символические раны (Беттельхейм, 1954)) 2. Противоположный страх заключается либо в опасности стирания записей из-за их сверхзарядки, либо в потере способности фиксировать следы, например во сне |
Татуировка здесь исполняет одну из своих первичных, видимых функций — социальный манифест об истории, принадлежности, мышлении, социальном статусе и других особенностях человека.
Тревоги, связанные с этой функцией:
Первая форма страха заключается в том, чтобы не иметь на поверхности тела и Я позорных и нестираемых записей, исходящих от Сверх-Я (краснота, экзема, символические раны (Беттельхейм, 1954)) — татуировка хорошо маскирует шрамы и биологические особенности кожи.
Противоположный страх заключается либо в опасности стирания записей из-за их сверхзарядки, либо в потере способности фиксировать следы, например во сне, — и здесь также татуировка приходит на помощь, являясь фиксирующим штрихом и оставаясь нестираемой записью на коже, сохраняя как историю человека, так и его индивидуальность.
Таблица 9. Функция токсическая.
Функция Я-кожи (психическая) | Токсическое действие |
Функция органической кожи | Самодеструкция |
Механизм реализации | Бессознательные атаки против психического контенанта, опирающиеся на органические явления аутоиммунитета, рождаются из частей Самости, слившихся с репрезентантами свойственного Оно влечения к самодеструкции, вынесенных на периферию Самости, заключенных в поверхностный слой, коим является Я-кожа, непрерывность которого они подрывают на месте, спаянность которого они разрушают, в котором они порождают функции, инверсируя свои цели. Воображаемая кожа, которой покрыто Я, становится отравленной туникой, удушающей, жгучей, разрушающей |
Влечение | Влечение смерти |
Описание | При многих болезнях система имунной защиты может атаковать как попало орган собственного тела, так же, как и чужеродный орган. Это явление аутоиммунитета, что этимологически означает, что живой организм направляет иммунологическую или иммунную реакцию против самого себя. Различие между своим и чужим (Шпиц) или между Я и не-Я (Винникотт) имеет биологические корни даже на уровне клетки, отсюда кожа как оболочка тела создает промежуточную реальность между клеточной мембраной (собирающей, сортирующей и передающей информацию относительно чужеродности или нечужеродности ионов) и психическим интерфейсом, которым является система восприятие-сознание Я. |
Психическое функционирование | Поворот влечения на себя, терапевтическая негативная реакция, а также атаки против связей в целом и против психических контенантов в частности |
Тип тревоги, связанной с патологией функции | Психосоматики описали в аллергической структуре одну инверсию сигналов безопасности и опасности: близость вместо защиты и надежности воспринимается как неблагоприятная, тогда как чужеродность вместо беспокойства вызывает притяжение, отсюда парадоксальная реакция аллергика, а также токсикомана, избегающего того, что ему может принести пользу, и увлеченного тем, что ему вредно. Аллергическая структура представлена в форме чередования астма — экзема, это позволяет уточнить действующую конфигурацию Я-кожи. Изначально речь идет о том, чтобы восполнить недостаточность Я-кожи-мешка для отграничения внутренней психической сферы в плане объема, то есть перейти от двухмерной репрезентации психического аппарата к трехмерной. Оба заболевания соответствуют двум возможным типам подхода к поверхности этой сферы: изнутри и извне. Астма — это попытка почувствовать нутром оболочку, составляющую телесное Я: больной накачивается воздухом до тех пор, пока не испытывает изнутри фронтиров своего тела и не обеспечит себе расширенные границы своей Самости. Экзема — это попытка в болезненных расчесах ощутить с внешней стороны телесную поверхность Самости, ее шершавый контакт, ее неприглядный вид, а также ощутить ее как оболочку тепла и расплывчатых эрогенных возбуждений. |
Стремление к самодеструкции как нигде проявляется в стремлении людей покрывать свое тело рисунками, калечить и разрушать собственную кожу, при этом преследуя цели улучшения защит, повышения социального статуса и выражения внутреннего символизма.
Безусловно, в современном мире большинство татуировок делаются не из социальной необходимости, каковая прослеживается в строгости тюремных татуировок либо татуировок племен Полинейзии, японской системе знаков, а из внутренней потребности. Каждый, кто добровольно приходит в тату-салон, вкладывает в татуировку определенный смысл, который несет в себе формальный манифест и латентный смысл.
Современная татуировка — это зашифрованное послание бессознательного, которое человек не может репрезентировать, но может изобразить на коже.
В психоаналитическом поле татуировки возможно рассматривать как симптом психического, разгадывая и фантазируя о значении, постепенно идя за пациентом в его историю и связывая рисунок на теле с тайным посланием его бессознательного. В разгадке нам поможет как сам рисунок, его значение, так и место, на котором он сделан, а также то, как проходил процесс татуирования.
Как и любой другой симптом, татуировка несет в себе многогранный смысл, отвечающий сразу нескольким запросам психики на свое требование быть выраженным. Как сон, латентный смысл которого мы понимаем исходя из ассоциаций пациента, так и смысл татуировки мы также разгадываем, опираясь на ассоциации, которые нам дает пациент. Как и ассоциации могут меняться от сеанса к сеансу, так и татуировка может со временем приобретать новые смыслы, обогащая таким образом психическое.
- Андре Жак. 100 популярных концептов психоанализа. Стр. 141-142.
- Анзьё Дидье. Я-кожа. Пер. с фр. под науч. ред. С.Ф. Сироткина, М.Л. Мельниковой – Ижевск: ERGO, 2011.
- Бауер В., Дюмоц И., Головин С. Энциклопедия символов. – М.: Крон-Пресс, 1995. – 512 с.
- Лапланш Ж., Понталис Ж.-Б. Словарь по психоанализу. Пер. с французского Н.С. Автономовой. – Москва: Высшая школа, 1996.
- Мельников И.В. Нательная живопись. Эволюция нательного рисунка. http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=3264405
- Мельников И.В. Нательная живопись. Татуировка. Теория и ранняя практика. http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=3264395
- Мельников И.В. Нательная живопись. Эволюция нательного рисунка. http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=3264405
- Керлот X.Э. Словарь символов. Мифология. Магия. Психоанализ. – М.: Рефл-бук, 1994. – 608 с.
- Сборник статей под ред. С.Ф. Сироткина, М.Л. Мельниковой. Психология и психопатология кожи. – Ижевск: Издательский дом «ERGO», издательство «Когито-Центр», 2011.
- Фрейд Зигмунд. Основные психологические теории в психоанализе. Москва, Пг, 1923.
- Хамбли Уилфрид Дайсон. История татуировки. Знаки на теле: ритуалы, верования, табу.: Центрполиграф; М.; 2014. ISBN 978‑5‑9524‑5101‑8.